Тема поэта в лирике ахматовой. «Тема поэта и поэзии в творчестве А. Ахматовой. Обращение к эпиграфу урока

Сочинение

Анна Ахматова творила в очень сложное время, время катастроф и социальных потрясений, революций и войн. Поэтам в России в ту бурную эпоху, когда люди забывали, что такое свобода, часто приходилось выбирать между свободным творчеством и жизнью. Но несмотря на все эти обстоятельства поэты по-прежнему продолжали творить чудеса: создавались чудесные строки и строфы. Источником вдохновения для Ахматовой стали Родина, Россия, поруганная, но от этого ставшая еще ближе и роднее. Анна Ахматова не смогла уехать в эмиграцию, так как она знала, что только в России может она творить, что именно в России нужна ее поэзия.

* Не с теми я, кто бросил землю
* На растерзание врагам.
* Их грубой лести я не внемлю,
* Им песен я своих не дам.

Но давайте вспомним начало пути поэтессы. Ее первые стихи появились в России в 1911 году в журнале “Аполлон”, а уже в следующем году вышел и поэтический сборник “Вечер”. Почти сразу же Ахматова была поставлена критиками в ряд самых больших русских поэтов. Весь мир ранней, а во многом и поздней лирики Ахматовой был связан с А.Блоком. Муза Блока оказалась повенчанной с музой Ахматовой. Герой блоковской поэзии был самым значительным и характерным “мужским” героем эпохи, тогда как героиня поэзии Ахматовой была представительницей “женской” поэзии. Именно от образов Блока во многом идет герой ахматовской лирики. Ахматова в своих стихах является в бесконечном разнообразии женских судеб: любовницы и жены, вдовы и матери, изменявшей и оставляемой. Ахматова показала в искусстве сложную историю женского характера передовой эпохи, его истоков, ломки нового становления. Вот почему в 1921 году, в драматическую пору своей и общей жизни, Ахматова сумела написать поражающие духом обновления строки:

* Все расхищено, предано, продано,
* Черной смерти мелькало крыло,
* Все голодной тоской изглодано,
* Отчего же нам стало светло?

Так что в известном смысле Ахматова была и революционным поэтом. Но она всегда оставалась и поэтом традиционным, поставившим себя под знамя русской классики, прежде всего Пушкина. Освоение пушкинского мира продолжалось всю жизнь.

Есть центр, который как бы сводит к себе весь остальной мир поэзии, оказывается основным нервом, идеей и принципом. Это любовь. Стихия женской души неизбежно должна была начаться с такого заявления себя в любви. В одном из своих стихотворений Ахматова называла любовь “пятым временем года”. Чувство, само по себе острое и необычайное, получает дополнительную остроту, проявляясь в предельном кризисном выражении взлета или падения, первой встречи или совершившегося разрыва, смертельной опасности или смертельной тоски. Потому Ахматова так тяготеет к лирической новелле с неожиданным, часто прихотливо-капризным концом психологического сюжета и к необычностям лирической баллады, жутковатой и таинственной (”Город сгинул”, “Новогодняя баллада”).

Обычно ее стихи начало драмы, или только ее кульминация, или еще чаще финал и окончание. И здесь она опиралась на богатый опыт русской уже не только поэзии, но и прозы:

* Слава тебе, безысходная боль,
* Умер вчера сероглазый король.
* А за окном шелестят тополя:
* Нет на земле твоего короля…
* Стихи Ахматовой несут особую стихию любви-жалости:
* О нет, я не тебя любила,
* Палила сладостным огнем,
* Так объясни, какая сила

* В печальном имени твоем.

Мир поэзии Ахматовой мир трагедийный. Мотивы беды, трагедии звучат в стихотворениях “Клевета”, “Последняя”, “Через 23 года” и других. В годы репрессий, тяжелейших испытаний, когда ее мужа расстреляют, а сын окажется в тюрьме, творчество станет единственным спасением, “последней свободой”. Муза не покинула поэта, и она написала великий “Реквием”.

На фоне символистов ахматовские описания выделяются именно своей аскетичностью. Ещё одно отличие - скупая точность и лаконичность. «Слегка хрустел апрельский тонкий лёд», «И резкий крик вороны в небе чёрной», «И редкие аккорды клавесин», каждое из этих звучаний благодаря точной, конкретной характеристике становится определённым, отчётливо узнаваемым. В стихах «преодолевшей символизм» Ахматовой возникают «точные и строгие формы внешнего мира», «милые грани между вещами». Они не препятствуют сравнению звучаний разного типа, но препятствуют их смешению в единый неясный звуковой поток, именуемый символистами музыкой.

В символистской поэзии музыка - ключевое слово-символ, охватывающее множество значений. Музыка, звуки, рождённые искусством музыкантов, - вершина иерархии, в которую символисты выстраивали все звуковые проявления внешнего мира, привлекавшие их не сами по себе, а как представители «мировой гармонии». Отсюда и обожествление музыкального искусства, приводившее символистов к обезличиванию качественно разных звуковых явлений. С такой позиции любой звук уже был музыкой. Кроме того, понимая музыку как «сущность мира», символисты слышали её и там, где вообще ничего не звучало. То есть музыкальные свойства приписывались явлениям, не имеющим акустического выражения. Вполне естественными становились словосочетания, где слово «музыка» выступало не самостоятельно, а в сопровождении существительного в родительном падеже, как «музыка земли» А. Блока или «музыка мечты» И. Анненского.

Тогда как музыка Ахматовой - это не «музыка чего-то», она существует в стихах сама по себе. Ахматова, не теоретизируя, тем не менее отграничивает звук как явление художественное от музыки, разделяя также несколько видов звучаний. Музыка - одно из явлений мира, не претендующее на то, чтобы быть его сущностью; это ценность в ряду других ценностей, высокая, но не высшая. И всё-таки сохранившая за собой способность заставить человека переживать исключительные моменты, неповторимые состояния души:

* В ней что-то чудотворное горит,
* И на глазах её края гранятся.
* Она одна со мною говорит,
* Когда другие подойти боятся.
* Когда последний друг отвёл глаза,
* Она была со мной в моей могиле
* И пела словно первая гроза
* Иль будто все цветы заговорили.

В ряду звуковых явлений музыка занимает примерно такое же положение. Ахматовские перечисления и сравнения отличаются от символистских особой осторожностью. Они лишены прямого отождествления. Сравните робкое «или» Ахматовой с уверенным «так» А. Белого и с ещё более решительным тире у Бальмонта. В.М. Жирмунский писал об ахматовских сравнениях, что они лишены «метафорического отождествления, характерного для символизма… Сравнения вводятся и словами будто, как будто, как бы, словно, ещё более расширяющими дистанцию между сопоставляемыми предметами…они как бы подчёркивают, что самый акт сравнения является результатом художественной рефлексии». Звуки выстраиваются не по иерархической схеме, где музыке отдавалось бы предпочтение перед другими звучаниями, а скорее по горизонтальной, где каждое из них выявляет свою индивидуальность:

* Как журавли курлыкают в небе,
* Как беспокойно трещат цикады,
* Как о печали поёт солдатка -
* Всё я запомнила чутким слухом.

В приведённом фрагменте поэмы «У самого моря» крики птиц, треск цикад и пение, кажется, равно важны авторскому слуху. Так и позднее, в стихотворении «Сон» перечислительная интонация не даёт преимущества музыке Баха перед церковным колоколом и обоим звучаниям перед беззвучным цветением роз и осенней природой. При прочтении некоторых поздних стихотворений представление Ахматовой о музыке иногда напоминает символистское.

Исследования этой грани творчества А. Ахматовой можно продолжить ещё не в одном направлении, каждое их которых не менее интересно, чем вышеописанное. Это могло бы стать следующим этапом моей работы по изучению творчества русских поэтов XX века. Кроме того, возможно исследование этого аспекта в творчестве других представителей поэтического искусства.

Сочинение

В русской классической литературе тема поэта и поэзии является одной из ведущих. Стихи такого рода всегда представляют собой своеобразный творческий самоотчет, напряженную авторскую исповедь, почему и приковывают к себе внимание читателя. Поэт в XIX веке - пророк, его слово - оружие в борьбе с общественными недугами. В кризисном XX веке понимание поэзии и ее значимости безмерно усложнилось, хотя в главном и осталось незыблемым. Как же звучит эта тема в творчестве А. Ахматовой?
Как известно, юношеские стихи Ахматовой тесно связаны с акмеизмом. Если символисты считали поэта пророком, вещающим о тайнах бытия, ведущим «от реального к реальнейшему», то акмеистическое представление о поэте гораздо более приземлено. Поэзия - ремесло, поэт - мастер, знающий законы этого ремесла. Он не устремляется в заоблачные выси, а живет, как и другие люди, на земле, точно так же, как они, любит, страдает, ждет. Поэтому образ поэта в ахматовской лирике так конкретен и осязаем, воссоздан в бытовых, прозаических подробностях:

И кажется лицо бледней
От миловеющего шелка,
Почти доходит до бровей
Моя незавитая челка.

В этом сером, будничном платье
На стоптанных каблуках...

Поэт - обычный человек среди людей, но взгляд его на мир необычен. Поэтический взгляд на мир для Ахматовой - взгляд, соединяющий не связанные в обыденном сознании вещи:

Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки,
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.

Ива на небе кустом распластала
Веер сквозной.
Может быть, лучше, что я не стала
Вашей женой.

Примеры такого «сопряжения далековатых понятий» (А. С. Пушкин) можно множить до бесконечности. Главное здесь - создание нового мира, наполненного живыми, напряженными, причудливыми связями, не существующими нигде, кроме поэтического слова.
Так поэтическое слово у Ахматовой становится отдельной реальностью со своими законами. Возможно, именно поэтому у Ахматовой, как ни у кого из поэтов серебряного века, разветвленные и глубокие отношения с Музой:

А Муза в дырявом платке
Печально поет и уныло.
В жестокой и юной тоске
Ее чудотворная сила;

Муза-сестра заглянула в лицо,
Взгляд ее ясен и ярок.

А недописанную мной страницу,
Божественно спокойна и легка,
Допишет Музы смуглая рука.

«Муза-сестра» близка, человечна, сострадательна. Сострадательность ее проявляется прежде всего в том, что она освобождает от мук любви:

Так неразделенная любовь становится источником поэтического творчества. Поэтическое творчество у Ахматовой - это прежде всего воплощение памяти: любовной, исторической, культурной.
Ведь только стихи оказываются у Ахматовой прибежищем любви, которой нет места в реальной жизни:

Именно поэтому память любви - огонь, в котором поэт обречен «петь и гореть», при этом переживая смертную муку и оживая снова, «чтоб после, как Феникс из пепла, в эфире восстать голубом».
Умирая и воскресая, поэт остается прочно укорененным в культуре и истории. Он постоянно чувствует себя вместилищем прошлого, в котором это прошлое начинает свою новую жизнь. Очень характерно, что Муза Ахматовой, при всем ее своеобразии, о котором говорилось выше, оказывается той, что «Данту диктовала страницы Ада», то есть не только своей, но и чужой. Об этом парадоксе поэтического творчества Ахматова высказалась в следующем четверостишии:
Не повторяй - душа твоя богата -
Того, что было сказано когда-то.
Но, может быть, поэзия сама -
Одна великолепная цитата.

Действительно, в ахматовских произведениях много цитат из произведений других поэтов (Пушкина, Лермонтова, Тютчева и др.) Но все-таки поэзия для Ахматовой - не комбинирование цитат, не «игра в бисер». Ведь за любой цитатой - переживание, часто мучительное, поэзия для Ахматовой - возвращение прошлого в самых мучительных его моментах. Судьба поэта - судьба Лотовой жены в одноименном стихотворении. Возвращая прошлое, стремясь «посмотреть на красные башни родного Содома», которые в этот момент уже разрушены Божьим гневом, поэт жертвует жизнью. Он превращается в соляной столб и терпит муку этого превращения. Именно такое ощущение поэзии сделало необходимым появление такого произведения, как «Реквием».
Итак, поэтическое самоопределение у Ахматовой тесно связано с самоопределением нравственным. Нравственные устои ахматовской поэзии - сопереживание чужой боли, чувство сопричастности миру и совиновности за все его беды.

Ахматова Анна Андреевна (наст, фамилия Горенко) (11/23.06.1889 -- 5.03.1966), русская поэтесса. Родилась в семье морского офицера. В 1912 публикует первый сборник стихов “Вечер”. Автор книги “Четки” (1914), “Белая стая” (1917), “Подорожник” (1921), “Anno Domini” (1922), “Бег времени” (1965; в т. ч. циклы “Тайны ремесла”, 1936 -- 60, “Ветер войны”, 1941-44, “Северные элегии”, 1940 -- 45). Вершинами творчества Ахматовой стали лирико-эпическая “Поэма без героя” (1940 -- 62) и автобиографический цикл стихов “Реквием” (1935 -- 40, опубл. 1987). Переводы классической поэзии Востока, Древнего Египта, итальянской поэзии; статьи о Пушкине, воспоминания (в т. ч. “Об Александре Блоке”).

Ахматова (настоящая фамилия - Горенко) Анна Андреевна (1889 - 1966), поэтесса, переводчик, литературовед.

Родилась 11 июня (23 н.с.) под Одессой в семье отставного инженера-механика флота. Когда ей исполнился год, семья переехала в Царское Село. Там Ахматова провела юность. "Читать училась по азбуке Льва Толстого", первое стихотворение написала в одиннадцать лет. Училась в Царскосельской женской гимназии.

В 1905, после развода родителей, мать с детьми уехала в Евпаторию, затем в Киев, где Анна закончила Фундуклеевскую гимназию в 1907.

Поступила на юридический факультет Высших женских курсов в Киеве. Изучение истории права и латыни идет успешно, но чисто юридические предметы вызывают охлаждение к курсам.

В 1910 выходит замуж за Николая Гумилева, проводит с ним месяц в Париже. После возвращения в Петербург училась на Высших историко-литературных курсах Раева. В это время она писала много стихов, вошедших позже в ее первую книгу. Ахматова выступила с чтением своих стихов в Павловске перед друзьями Гумилева, а потом на "башне" Вс. Иванова была принята. С 1911 регулярно печатается в петербургских и московских изданиях. Вместе с Гумилевым становится сторонницей акмеизма.

Весну 1911 снова провела в Париже, в 1912 путешествовала по Северной Италии, оставившей огромное впечатление. В этом же году выходит первый сборник стихов "Вечер", благосклонно принятый критикой. В 1912 родился сын Лев (в будущем Л. Гумилев станет известным историком и географом). В марте 1914 вышла ее вторая книга - "Четки", принесшая подлинную известность поэтессе.

Каждое лето Ахматова проводила в Тверской губернии, в пятнадцати верстах от Бежецка. В этом "неживописном месте: распаханные поля, мельницы, хлеба..." были написаны многие стихотворения "Четок" и "Белой стаи", опубликованные в сентябре 1917. У этого сборника не было шумной прессы. Голод и разруха росли с каждым днем, поэтому стихи, по мнению самой Ахматовой, не были оценены по достоинству.

Октябрьскую революцию Ахматова не приняла: "все расхищено, предано, продано", "все голодной тоскою изглодано". Но она не покинула Россию, отвергла "утешные" голоса, зовущие на чужбину, где оказались многие ее современники - И. Бунин, К. Бальмонт, Г. Иванов и др.

После революции Ахматова работала в библиотеке Агрономического института, не прекращая творческой деятельности. В 1921 вышел сборник стихов "Подорожник", в 1922 - книга "Anno Domini".

Стихи Ахматовой были высоко оценены любителями поэзии и такими серьезными исследователями, как Ю. Тынянов, В. Жирмунский.

С середины 1920-х появился серьезный интерес к архитектуре старого Петербурга, поэтесса знала историю каждого уникального здания северной столицы. В это же время началась ее исследовательская работа, посвященная жизни и творчеству А. Пушкина и нашедшая выражение в глубоких и оригинальных этюдах ("Гибель Пушкина" и др.). В начале 1930-х сын Ахматовой Лев Гумилев был репрессирован (его трижды арестовывали, и он провел в лагерях в общей сложности 14 лет; позднее был реабилитирован). Все эти годы она терпеливо и неустанно, но бесплодно хлопотала о его освобождении.

Отечественная война застала ее в Ленинграде и заставила ее уехать в Москву, затем эвакуироваться в Ташкент, где она жила до 1944. Выступала с чтением стихов в госпиталях перед ранеными. Много и тяжело болела. В ее стихотворениях, созданных в годы войны ("Избранное", 1943), звучала глубокая патриотическая тема ("Клятва", 1941, "Мужество", 1942, "Щели в саду вырыты...", 1942). В июне 1944 Ахматова вернулась в Ленинград, встречу с которым ("страшным призраком") описала в прозаическом очерке "Три сирени".

В 1946 была подвергнута жестокой и несправедливой критике (Постановлением ЦК ВКП(б) 1946 года), исключена из Союза писателей, лишена средств к существованию. Вынуждена была зарабатывать на жизнь переводами (всегда говорила, что переводить и писать свое немыслимо). При этом была великим мастером художественного перевода. Переводила из индийской, китайской, западноевропейской поэзии.

В 1962 закончила "Поэму без героя", которую писала двадцать два года. В 1964 выходит сборник "Бег времени".

В этом же году Ахматовой была присуждена международная поэтическая премия в Италии - "Этна-Таормина". Оксфордский университет присвоил ей почетную степень доктора университета.

В 1964 побывала в Италии (в Риме и на Сицилии), в 1965 - в Англии, а на обратном пути посетила Париж. Ахматова скончалась 5 марта 1966 в Москве после четвертого инфаркта. Похоронена в Комарове, под Петербургом.

Анна Андреевна Ахматова -- величайшая поэтесса «серебряного века». Современники признавали, что именно Ахматовой «после смерти Блока бесспорно принадлежит первое место среди русских поэтов». До Ахматовой история знала много женщин-поэтесс, но только ей удалось стать женским голосом своего времени, женщиной-поэтом вечного, общечеловеческого значения. Именно она впервые в русской литературе явила в своем творчестве универсальный лирический характер женщины.

Начало творчества Ахматовой связано с Царским Селом, где прошли ее юные годы. Она почти физически ощущала присутствие юного Пушкина в «садах Лицея». Он стал в ее поэзии и судьбе путеводной звездой, он незримо присутствовал в ее стихах. С Пушкиным Ахматова как бы вступает в «особые, именно жизненно-литературные отношения». «Смуглый отрок» в аллеях Царского Села перекликается со смуглой ахматовской Музой:

Муза ушла по дороге,

Осенней, узкой, крутой,

И были смуглые ноги

Обрызганы крупной росой...

Ахматову роднит с Пушкиным понимание фатальной трагичности пути русского поэта. На протяжении всей жизни она постоянно будет возвр ащаться к его судьбе, а в страшном 1943 году напишет в стихотворении «Пушкин»:

Кто знает, что такое слава!

Какой ценой купил он право,

Возможность или благодать

Над всем так мудро и лукаво

Шутить, таинственно молчать

И ногу ножкой называть?..

2. Своей поэзией Ахматова, как и Пушкин, показала путь поэта, но поэта-женщины. Этот трагизм был заявлен уже в раннем стихотворении «Музе», где она писала о несовместимости женского счастья и судьбы творца:

Муза-сестра заглянула в лицо,

Взгляд ее ясен и ярок.

И отняла золотое кольцо,

Первый весенний подарок.

Творчество требует полной самоотдачи поэта, поэтому «Муза-сестра» о тнимает знак земных радостей -- «золотое кольцо». Но невозможен и отказ от песни -- поэтической судьбы:

………………………………………..

Я, глядя ей вслед, молчала,

Я любила ее одну;

А в небе заря стояла,

Как ворота в ее страну.

Трагизм ее героини усугубляется еще и тем, что мужчина не понимает, не принимает женщины-поэта:

Он говорил о лете и о том,

Что быть поэтом женщине -- нелепость…

Мужчина не может вынести силы и превосходства женщины-поэта, он не признает в ней творческого равноправия. Отсюда -- мотив убийства или попытка убийства любимым ее песни-птицы. В сборнике «Четки» она п ишет:

Углем наметил на левом боку

Место, куда стрелять,

Чтоб выпустить птицу -- мою тоску

В пустынную ночь опять.

Начавшаяся в 1914 году первая мировая война наложила отпечаток на все творчество Ахматовой. Она, прежде всего, изменила суть ахматовской М узы («Все отнято: и сила, и любовь...»):

Веселой Музы нрав не узнаю:

Она глядит и слова не проронит,

А голову в веночке темном клонит,

Изнеможенная, на грудь мою.

В стихах о трагическом времени русского XX века, о его войнах и революциях ахмато вская Муза все настойчивее заявляет о себе не как «я», а как «мы», видя себя частью поколения. В стихотворении «Все расхищено, предано, продано...» голос лирической героини звучит теперь голосом поэта земли Русской, общим голосом поколения:

Все расхищено, предано, продано,

Черной смерти мелькало крыло,

Все голодной тоскою изглодано,

Отчего же нам стало светло?

Ее Муза становится народным воплощением общенациональной скорби: «дырявый платок» Музы, плат Богородицы и высокое самоотречение А хматовой слились в «Молитве», написанной в Духов день 1915 года:

Дай мне горькие годы недуга,

Задыханья, бессонницу, жар,

Отыми и ребенка, и друга,

И таинственный песенный дар --

Так молюсь за Твоей литургией

После стольких томительных дней,

Чтобы туча над темной Россией

Стала облаком в славе лучей.

Трагично сложилась судьба Ахматовой в послереволюционные годы: она пережила гибель мужей от рук режима, репрессию сына, погибли в лагерях ее лучшие друзья... Бесконечный список потерь. Жизнь в те годы увенчала ее Музу венком скорби. Ахматова создает цикл стихов «Венок мер твым», посвященный памяти тех, кто не выдержал пыток режима, своим друзьям-поэтам О. Мандельштаму, М. Булгакову, Б. Пастернаку, М. Цветаевой:

Мы с тобою сегодня, Марина,

По столице полночной идем,

А за нами таких миллионы,

И безмолвнее шествия нет,

А вокруг погребальные звоны

Да московские дикие стоны

Вьюги, наш заметающей след.

Ахматовская Муза в те годы становится национальным голосом вдов, с ирот и матерей, который достигает вершины в «Реквиеме»:

О них вспоминаю всегда и везде,

О них не забуду и в новой беде,

И если зажмут мой измученный рот,

Которым кричит стомильонный народ,

Пусть так же они поминают меня

В канун моего погребального дня...

Эпиграфом к «Реквиему» Ахматова взяла стихи, написанные ею позже, в 1961 году:

Нет, и не под чуждым небосводом,

И не под защитой чуждых крыл, --

Я была тогда с моим народом,

Там, где мой народ, к несчастью, был.

Путь слияния с участью народа, когда в череде памятных дат «нет ни одной не прокл ятой», помогает Ахматовой ощутить свою преемственность с великими русскими поэтами, чьи лиры звенели «как колокол на башне вечевой»:

Здесь столько лир повешено на ветки...

Но и моей как будто место есть...

Поэтическое своеобразие Ахматовой в том, что она особенно остро ощ ущала боль своей эпохи, как свою собственную. Отечественная война 1941--1945 годов прервала на время ужас сталинских репрессий, но принесла новую беду:

Ленинградскую беду

Руками не разведу...

Я земным поклоном

В поле зеленом

(«Причитание»).

ахматова творческий поэтический лирика

Стихотворение «Мужество» звучит как клятва от имени всего народа:

Мы знаем, что ныне лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет...

………………………………………..

Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, и от плена спасем

3. Ахматова стала голосом своего времени, она мудро, просто и скорбно разделила судьбу народа. Она остро ощущала свою принадлежность двум эпохам -- той, что ушла, и той, что царствует. Ей пришлось хоронить не только близких, но и свое время, оставив ему «нерукотворный» памятник стихов и поэм:

Когда погребают эпоху,

Надгробный псалом не звучит,

Крапиве, чертополоху

Украсить ее предстоит.

Стихотворения Ахматовой -- всегда один миг, длящийся, незаверше нный, еще не разрешившийся. И этот миг, горестный он или счастливый, -- всегда праздник, так как это торжество над повседневностью. Ахматова сумела соединить в себе эти два мира -- внутренний и внешний, -- связать свою жизнь с жизнью других людей, принять на себя не только свои страдания, но и страдания своего народа. Ее Муза не прячется в комнатный шепот, а рвется на улицу, на площадь, как некогда некрасовская «Муза мести и печали»:

Не лирою влюбленного

Иду прельщать народ --

Трещотка прокаженного

В моей руке поет.

В послевоенный период Ахматова продолжала работать, творить: «Я не переставала писать стихи. Для меня в них -- связь моя с временем, с новой жизнью моего народа. Когда я писала их, я жила теми ритмами, которые звучали в героической истории моей страны».

А. А. АХМАТОВА ТАКИЕ ЛЮДИ ПРИНОСЯТ СВЕТ (творчество Анны Ахматовой)

Анна Ахматова. Теперь каждый культурный человек произносит это имя с великим уважением. Но всегда ли так было?

Давайте вспомним начало пути поэтессы. Ее первые стихи появились в России в 1911 году в журнале «Аполлон», а уже в следующем году вышел и поэтический сборник «Вечер».
Почти сразу же Ахматова была поставлена критиками в ряд самых больших русских поэтов. Весь мир ранней, а во многом и поздней лирики Ахматовой был связан с А. Блоком. Муза Блока оказалась повенчана с музой Ахматовой.
Герой блоковской поэзии был самым значительным и характерным «мужским» героем эпохи, тогда как героиня поэзии Ахматовой была представительницей второй, «слабой», половины рода человеческого. Именно образам Блока многим обязана героиня ахма-товской лирики.
Ахматова в своих стихах является в бесконечном разнообразии женских судеб: любовницы и жены, вдовы и матери... Ахматова показала в искусстве сложную историю женского характера эпохи, его истоков, ломки, нового становления.
Вот почему в 1921 году, в драматическую пору своей и окружающих ее людей жизни, Ахматова написала проникнутые духом обновления строки:
Все расхищено, предано, продано, Черной смерти мелькало крыло, Все голодной тоскою изглодано - Отчего же нам стало светло?
Так что в известном смысле Ахматова была и революционным поэтом. Но она всегда оставалась и поэтом традиционным, поставившим себя под знамена русской классики, прежде всего, Пушкина. Освоение Ахматовой пушкинского мира продолжалось всю ее жизнь.
Есть центр, который как бы сводит в себе весь остальной мир поэзии, оказывается основным нервом, идеей и принципом. Это любовь. В одном из своих стихотворений Ахматова называла любовь «пятым временем года».
Чувство любви, уже по своей природе, то есть само по себе острое и необычайное, получает еще и дополнительную остроту, проявляясь в предельном, кризисном выражении - взлета или падения, первой встречи или совершившегося разрыва, смертельной опасности или смертельной тоски.
отому Ахматова так тяготеет к лирической новелле с неожиданным, часто прихотливо-капризным концом психологического сюжета («Город сгинул», «Новогодняя баллада»). Обычно ее стихи - начало драмы, или только ее кульминация, или еще чаще финал и окончание. И здесь она опиралась на богатый опыт русской поэзии - и не только поэзии, но и прозы:
Слава тебе, безысходная боль! Умер вчера сероглазый король... А за окном шелестят тополя: «Нет на земле твоего короля...» Стихи Ахматовой исполнении особой стихии любви-жалости:
О нет, я не тебя любила, Палила сладостным огнем, Так объясни, какая сила В печальном имени твоем. Мир поэзии Ахматовой - мир трагедийный. Мотивы беды, трагедии звучат в стихотворениях «Клевета», «Последняя», «Через 23 года» и других. В годы репрессий, тяжелейших испытаний, когда ее мужа расстреляют, а сын окажется в тюрьме, творчество станет единственным спасением, «последней свободой». Муза не покинула поэта, и она написала великий «Реквием»,
Ахматова творила в очень сложное время, время катастроф и социальных потрясений, революций и войн. Поэтам в России в ту бурную эпоху, когда люди забывали, что такое свобода, часто приходилось выбирать между свободным творчеством и жизнью.
Но, несмотря на все эти обстоятельства, поэты по-прежнему продолжали творить чудеса: создавались бессмертные строки, прекрасные произведения.
Источником вдохновения для Ахматовой стали Родина, Россия, поруганная, униженная, но от этого ставшая еще ближе и роднее. Анна Ахматова не смогла уехать в эмиграцию, так как она знала, что только в любимой России может творить, что именно в России нужна ее поэзия:
Не с теми я, кто бросил землю На растерзание врагам. Их грубой лести я не внемлю, Им песен я своих не дам. Трагическое мужество звучит в этих строках, какая-то безысходная любовь к своей

России. Я горд, что была и есть в русской поэзии Анна Ахматова. Такие люди оставляют на земле неугасимый свет.
КЛАССИЧЕСКИЕ ТРАДИЦИИ В ТВОРЧЕСТВЕ АННЫ АХМАТОВОЙ
Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.
А. Ахматова
Начало XX века в России было временем небывалого расцвета поэзии, по праву названным «серебряным веком» - вслед за «золотым», пушкинским. Это - период возникновения в русском искусстве множества новых направлений: символизма, футуризма, акмеизма и других. Как правило, каждое из них стремилось быть новым искусством; большая их часть принадлежала к модернизму. Одна из характернейших черт последнего - стремление к разрыву с искусством предшествующей эпохи, отказ от традиции, от классики, постановка и решение новых художественных задач, при. этом новыми художественными средствами. И в этом отношении акмеизм, в русле которого складывалось раннее творчество Ахматовой, не был исключением. Однако многое в творческой судьбе автора предопределило тяготение к классически-строгой и гармонично-выверенной традиции русской поэзии XX века. И прежде всего, огромное значение в формировании Ахматовой как поэта имело ее классическое образование, детство, проведенное в Царском Селе, воспитание, данное в лучших традициях русской дворянской культуры. Царское Село - маленький город, где взросло так много больших поэтов. Его воздух пронизан поэзией Пушкина, Державина, Тютчева:
Здесь столько лир повешено на ветки, Но и моей как будто место есть...
Этим двустишием Ахматова сближает себя и тех, чьим гением творилась русская классическая поэтическая традиция.
В своей лирике Ахматова развивает традиционные темы: любовь, творчество, природа, жизнь, история. Любовь, несомненно, самое возвышенное, самое поэтическое из всех чувств, ведь поэту всегда «диктует чувство» - а какое из чувств сравнится с любовью по силе воздействия? Любовные мотивы в лирике Ахматовой представлены во всем их многообразии: встречи и разлуки, измены и ревность, самопожертвование и эгоизм любящих, безответная страсть и мучительное счастье взаимности. Для Ахматовой, как некогда для Тютчева, любовь - это союз двух душ, изобилующий внутренними трагедиями:
Их съединенъе, сочетанье, И роковое их слиянье, И... поединок роковой.
А в качестве эпиграфа к самому интимному, «любовному» своему сборнику автор берет отрывок из стихотворения еще одного своего предшественника в области любовных коллизий, Баратынского:
Прости ж навек1, но знай,
что двух виновных,
Не одного, найдутся имена
В стихах моих, в преданиях любовных,
Любовь становится у Ахматовой неотъемлемой частью человеческого бытия, основой гуманистических ценностей; только с ней возможны «и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слезы», как писал некогда Пушкин. То есть, говоря словами другого поэта, ставшего классиком еще при жизни, - Блока: «Только влюбленный имеет право на звание человека».
Поэт и поэзия - тема, над которой любили размышлять русские лирики, ведь «поэт в России, больше, чем поэт». Героиня Ахматовой поднимается над властью жизненных обстоятельств, осознав свою судьбу как особую, провидческую:
Нет, царевич, я не та,
Кем меня ты видеть хочешь,
И давно мои уста
Не целуют, а пророчат.
Шестикрылый серафим, являвшийся Пушкину, приходит и к героине; лермонтовский пророк, преследуемый своими согражданами, вновь обречен на людскую неблагодарность в ее стихах:
Иди один и исцеляй слепых,
Чтобы узнать в тяжелый час сомненья

Учеников злорадное глумленье И равнодушие толпы.
Гражданская лирика - неотъемлемая часть творчества Ахматовой. Противопоставления «поэт» и «гражданин» для нее просто не существовало: поэт изначально не может не быть со своей страной, со своим народом. Поэт «всегда с людьми, когда шумит гроза», и этот тезис своего предшественника Ахматова подтверждает всем творчеством. Слова, призывающие героиню бросить свой край, «глухой и грешный», оцениваются ею как недостойные высокого духа поэзии.
Для Ахматовой, унаследовавшей великую традицию русской классики, веление долга превыше всего:
Одни глядятся в ласковые взоры, Другие пьют, до солнечных лучей, А я всю ночь веду переговоры С неукротимой совестью своей. Образ Петербурга знаком нам по произведениям Пушкина, Некрасова, Гоголя. Для них он - город контрастов, «пышный» и «бедный» одновременно; город, где может произойти все; город отвергаемый и обличаемый, но при этом любимый. Эта своего рода символическое воплощение всего мира, вселенский град. Он с самого начала возникает в творчестве Ахматовой. Впитав в себя воздух невских набережных, запечатлев в своей душе светлую и гармоничную правильность его архитектуры, она, вслед за другими, превращает подробности петербургского пейзажа в непреложную поэтическую данность. Петербург Ахматовой - противоречивый, но необыкновенно притягательный город:
Но ни на что не променяем пышный Гранитный город славы и беды, Широких рек сияющие льды, Бессолнечные, мрачные сады... Чувство меры, сдержанность, строгая законченность мысли, характеризующие лучшие образцы русской классической поэзии, свойственны и лирике Ахматовой. Она не выплескивает на читателя свои эмоции, не обнажает душу в порыве чувств, а «просто, мудро» повествует о пережитом. Вот как пишет автор о любовном смятении своей героини: Десять лет замираний и криков, Все свои бессонные ночи Я вложила в тихое слово
И сказала его - напрасно. Отошел ты, и стало снова На душе и пусто и ясно.
Очевидны боль и отчаяние героини - но как сдержанно, без надрыва это показано, и в то же время как психологически точно и исчерпывающе дана развязка.
В стихотворениях Ахматовой не так много пейзажных описаний. Пейзаж для нее обычно лишь фон, лишь повод для рассуждения, для описания душевного состояния. Параллелизм происходящего в душе и природе - излюбленный мотив классической поэзии. Для нас привычны уподобления явлений природы человеческим действиям - буря «плачет, как дитя», гром «резвится и играет». В стихотворении Ахматовой «Три осени» героиня, обращаясь к излюбленнейшей поре русской поэзии, различает в ней три стадии, соответствующие трем стадиям человеческой зрелости:
Всем стало ясно: кончается драма, И это не третья осень, а смерть.
Поэзия А. Ахматовой взросла, питаясь великой традицией русской литературы XIX века - традицией гуманистической, возвышенной, светлой. «Души высокая свобода», верность идеалам, гуманистический пафос, мужественная правдивость изображения, напряженность духовной жизни, тяготение к классическому, ясному, строгому и соразмерному стилю - все то, что характерно для русской поэзии прошлого века, вновь появляется именно в ахматовскои строке, властной и нежной одновременно.

Ахматова пришла в поэзию в то время, когда символизм переживал кризис, и, как сказано в автобиографических заметках Ахматовой, она "сделалась акмеисткой". Акмеисты отказались от устремленности в потусторонние миры, в область "непознаваемого", отвергли "зыбкость слова", использование символов и обратились к реальным земным ценностям, красочности, богатству, вещности земного мира. Их поэзия - это реабилитация реальности. Ахматова не случайно оказалась среди акмеистов. В ее стихах перед нами предстает достоверно, в деталях, выписанный мир, предстает лирическая героиня в различных ее эмоциональных и психологических состояниях. Поэзия Ахматовой изысканно проста и сдержанна, конкретна, вещна.

Как поэтический манифест можно расценивать знаменитое стихотворение Ахматовой "Мне ни к чему одические рати..." из цикла "Тайны ремесла":

Мне ни к чему одические рати И прелесть элегических затей. По мне, в стихах все быть должно некстати, Не так, как у людей. Когда б вы знали, из какого сора Растут стихи, не ведая стыда, Как желтый одуванчик у забора, Как лопухи и лебеда. Сердитый окрик, дегтя запах свежий, Таинственная плесень на стене... И стих уже звучит, задорен, нежен, На радость вам и мне. 1940

Но очень скоро рамки акмеистической поэзии оказались для нее тесными. Поэзия Ахматовой развивалась в русле русской классической поэзии и прозы. Идеалом поэта, перед кем она преклонялась, был А.С. Пушкин с его классической ясностью, выразительностью, благородством. Чувство благоговения Ахматовой перед чудом пушкинской поэзии выражено в стихотворении "Смуглый отрок бродил по аллеям..." (1911) из цикла "В Царском Селе" (сборник "Вечер"). Причастной к чуду Пушкина ощущает себя Ахматова, детство и юность которой прошли в Царском Селе:

Смуглый отрок бродил по аллеям, У озерных грустил берегов, И столетие мы лелеем Еле слышный шелест шагов. Иглы сосен густо и колко Устилают низкие пни... Здесь лежала его треуголка И растрепанный том Парни. 1911 Царское Село

Прямых перекличек с пушкинскими стихами в поэзии Ахматовой почти не встретишь, воздействие Пушкина сказывалось на ином уровне - в философии жизни, в стремлении идти наперекор судьбе, в верности поэта одной лишь поэзии, а не силе власти или толпы. Ахматовой, как и Пушкину, свойственно ощущение драматичности бытия и в то же время стремление укрепить человека и сострадать ему.

Ахматовой, как и Пушкину, свойственно мудрое приятие жизни и смерти. Стихотворение "Приморский сонет" (1958) перекликается с пушкинским стихотворением "Вновь я посетил..." (1835). "Приморский сонет", как и стихотворение Пушкина, также написан незадолго до смерти:

Здесь все меня переживет, Все, даже ветхие скворешни И этот воздух, воздух вешний, Морской свершивший перелет. И голос вечности зовет С неодолимостью нездешней. И над цветущею черешней Сиянье легкий месяц льет. И кажется такой нетрудной, Белея в чаще изумрудной, Дорога не скажу куда... Там средь стволов еще светлее, И все похоже на аллею У царскосельского пруда.

"Голос вечности" в стихотворении - отнюдь не аллегория: настает для человека время, когда он слышит его все отчетливее. И окружающий мир, оставаясь реальным, неизбежно становится призрачным, как дорога, что ведет "не скажу куда". Мысль о неизбежности расставания со всем, что так дорого сердцу, вызывает скорбь, но чувство это становится светлым. Осознание того, что "здесь все меня переживет", порождает не озлобление, а напротив - состояние умиротворенности. Это стихотворение о стоящей у порога смерти. Но и о торжестве жизни, о дороге жизни, которая уходит в вечность.

Для Ахматовой характерно религиозное мировосприятие. По-христиански она воспринимает свой поэтический дар - это для нее величайшая Божья милость и величайшее Божье испытание, крестный путь поэта (как и для Б. Пастернака и О. Мандельштама). Через испытания, выпавшие на долю Ахматовой, она прошла мужественно и гордо. Поэт, как и Сын Человеческий, страдает за все человечество; лишь совершив крестный путь, поэт обретает голос и моральное право говорить с современниками и с теми, кто будет жить после него:

Помолись о нищей, о потерянной, О моей живой душе, Ты в своих путях всегда уверенный, Свет узревший в шалаше. И тебе, печально-благодарная, Я за это расскажу потом, Как меня томила ночь угарная, Как дышало утро льдом. В этой жизни я немного видела, Только пела и ждала. Знаю: брата я не ненавидела И сестры не предала. Отчего же Бог меня наказывал Каждый день и каждый час? Или это ангел мне указывал Свет, невидимый для нас? 1912

Как Пушкин, Державин, Шекспир, Ахматова не могла не думать о сути поэзии, судьбе поэтического слова. Поэзия Ахматовой никогда не была утилитарной, агитационной. Поэтическое слово - "царственное слово" - обладает, по Ахматовой, большей властью над умами и сердцами людей, чем золото, власть:

Кого когда-то называли люди Царем в насмешку, Богом в самом деле, Кто был убит - и чье орудье пытки Согрето теплотой моей груди... Вкусили смерть свидетели Христовы, И сплетницы-старухи, и солдаты, И прокуратор Рима - все прошли Там, где когда-то возвышалась арка, Где море билось, где чернел утес, - Их выпили в вине, вдохнули с пылью жаркой И с запахом священных роз. Ржавеет золото, и истлевает сталь, Крошится мрамор - к смерти все готово. Всего прочнее на земле печаль И долговечней - царственное слово. 1945

Для самой Ахматовой поэзия, сознание причастности к миру вечных ценностей было спасительным в тяжелые годы унижений и гонений. Л. Чуковская писала: "Сознание, что и в нищете, и в бедствиях, и в горе, она - поэзия, она - величие, она, а не власть, унижающая ее, это сознание давало ей силы переносить нищету, унижение, горе".