Всеволод святослав и игорь ольговичи. Значение святослав-николай ольгович в краткой биографической энциклопедии. Семья и дети
В 1136 году жители Новгорода прогнали и позвали княжить Святослава. Однако в городе оставалось ещё много сторонников Мономашичей, которые подняли мятеж. Они уговорили вернуться и сесть пока в Пскове. Святослав позвал на помощь брата и отправился завоёвывать Псков. Однако новгородцы отказались вести братоубийственную войну и с полдороги воротились домой. Вскоре Мономашичи, недовольные тем, что в Новгороде сидит Ольгович, наложили на город торговое эмбарго. Цены на продукты резко подскочили, и новгородцы, опасаясь голода, прогнали Святослава. Он отправился было в Киев, но по пути его перехватили смоляне и несколько месяцев продержали в Смядынском монастыре.
В 1139 году в Киеве сел княжить . Брату Святославу он дал Курск и пообещал Переяславль, где сидел . Летом Святослав сам пошёл на Переяславль, но был встречен андреевой ратью и разбит. Тем временем новгородцы рассорились с . начал против них войну, и новгородцы, оказавшиеся без князя, вновь позвали Святослава. Тот потребовал с жителей города присягу на верность, но былых обид ни та, ни другая сторона не забыли. Вскоре новгородцы на вече начали восставать против Святослава, и тот еле унёс ноги из города.
Святослав сел сначала в Стародубе, а затем вернулся в Курск. Позже дал ему Белгород. Вместе с Давыдовичами Святослав целовал крест , что после его смерти согласен видеть на великом столе . Однако сразу после смерти киевляне призвали . позвал на выручку Давыдовичей, но те запросили в обмен на помощь новых волостей. Прежде чем Давыдовичи собрались в поход, в Киев явился , пленил и занял великий стол. Святослав побежал в Чернигов за поддержкой, но Давыдовичи неожиданно отступились от своей клятвы и соединились с . Тогда Святослав обратился к , но Давыдовичи поспешили довести клятвопреступление до конца. Они пожгли и разграбили владения Ольговичей в окрестностях Новгорода-Северского, а затем вместе с осадили Святослава в Путивле. Путивльцы охотно присягнули , а Святослав бежал к вятичам.
В 1147 году Святослав, получив наконец войско от , стал сноситься с Давыдовичами. Те предложили забыть былые распри и вернули Святославу Новгород-Северский. Зимой 1148 года разграбил Черниговщину и двинулся к Любечу. Давыдовичи преследовали его, но до решающей битвы дело не дошло. Наконец Давыдовичи решили помириться с великим князем и обещали более не мстить за . За Владимиром остались Курск и земли по берегам Сейма.
В 1149 году на напал . Святослав Ольгович встал на сторону владимирского князя. Великий киевский князь же позвал на помощь Давыдовичей, но отозвался только , а Владимир остался в Чернигове. изгнал из Киева и отнял у Курск и Посемье, передав их Святославу. счёл целесообразным перейти на сторону более сильного . В 1151 году , и Святослав пошли биться против
Святослав Ольгович
Имя Святослава Ольговича, как и Юрия Долгорукого, оказалось в нашей исторической литературе навсегда связано с возникновением нынешней столицы России. Между тем для обоих князей их встреча в Москве, летописная запись о которой явилась, как считается, первым документальным упоминанием о будущем центре государства, была одним из многих эпизодов их бурной жизни. К концу жизни, не исключено, они с трудом могли бы вспомнить, в каком месте состоялись их переговоры в 1147 году. Ими владели не грандиозные перспективы развития будущей России, а вполне конкретные и близкие цели. Юрий Владимирович хотел захватить киевский престол, а Святослав Ольгович, ненавидя тогдашнего киевского князя Изяслава Мстиславича, ему в этом помогал.
Многие историки считают Святослава, почти 30 лет проведшего в боях против потомков Владимира Мономаха, одним из виновников раскола Русской земли, а его действия? причиной страданий жителей городов и селений, разоряемых во время междоусобных войн. Такая оценка справедлива, потому что действительно князь воевал до глубокой старости, но в то же время она в какой-то степени тенденциозна и является слишком однобокой. В войне участвует всегда две стороны, а это значит, что неправомерно возлагать ответственность за нее только на одного участника.
Первый раз о Святославе Ольговиче говорится в «Повести временных лет» в связи с тем, что его отец, Олег «Гориславич», вместе с Владимиром Мономахом решили «сотворить мир» с половцами. В знак прекращения враждебных действий русские князья породнились с бывшими противниками, женив своих сыновей на дочерях половецких ханов. По стечению обстоятельств обоих ханов звали одинаково, поэтому летописец пишет так: «Взял Владимир за Юрия Аепину дочь, Осеневу внучку, а Олег взял за сына Аепину дочь, Гиргеневу внучку». Свадьба Святослава состоялась 12 января 1107 года.
О дате рождения Святослава можно только предполагать. В.М. Коган и В.И. Домбровский-Шалагин, авторы историко-генеалогического свода «Князь Рюрик и его потомки», считают, что он родился не ранее 1081 года. Эта граница определяется тем, что осенью 1079 года отец Святослава был выслан в Византию, где и женился на гречанке Феофано Музалон. Несложный подсчет показывает, что у супружеской четы первый ребенок не мог родиться ранее 1081 года. Уточнить год появления князя на свет можно исходя из следующих соображений. Если инициатива в заключении брака принадлежала не самому Святославу, а его отцу, значит, он был тогда еще в юном возрасте, но в то же время достаточном для создания семьи. Без большой ошибки можно считать, что ему не могло быть менее 14–15 лет, но вряд ли было более 18–19, иначе тогда он или уже был бы женат, или проявил бы больше самостоятельности в заключении брака. Ориентировочно можно принять за время рождения Святослава 1091 год, допуская погрешность в обе стороны на один-два года.
Судьба распорядилась так, что впервые упомянутые рядом под 1107 годом в «Повести временных лет» Святослав Ольгович и Юрий Владимирович Долгорукий и в будущем оказались друг для друга самыми верными союзниками. Но обоим князьям до заключения союза пришлось пережить период враждебных действий друг против друга.
Второй раз в качестве активного участника событий русской истории Святослав Ольгович фигурирует в связи с изгнанием из Новгорода князя Всеволода, брата Изяслава Мстиславича. На место изгнанного Всеволода Мстиславича новгородцы как раз и пригласили Святослава Ольговича, который прибыл в этот своевольный город, как сообщает «Славянская энциклопедия» В.В. Богуславского, 19 июля 1136 года.
Ему уже было тогда около 35 лет, первая жена, половецкая княжна, видимо, умерла, не родив Святославу детей. Обо всем этом приходится говорить предположительно, потому что в Новгороде Святослав опять вступает в брак, на этот раз с дочерью посадника. Но по каким-то причинам архиепископ новгородский Нифонт не благословил этот союз. Не потому ли, что была жива первая жена, а причиной второго брака являлось отсутствие детей? Как считают историки, все дети Святослава Ольговича, в том числе Игорь и Всеволод, герои поэмы «Слово о полку Игореве», родились от второго брака. Отсутствие детей могло быть достаточно веской причиной для развода, но у церкви могло быть по этому поводу и особое мнение.
Впрочем, относительно Олега, старшего сына Святослава, нельзя утверждать столь же уверенно, что он родился от второго брака. Прочитаем внимательно так часто цитируемый отрывок Ипатьевской летописи под 1147 годом, излагающий события через одиннадцать лет после того, как новгородцы призвали к себе Святослава Ольговича:
«Иде Гюрги воевати Новгорочкои волости, и пришед, взя Новый Торг и Мьсту всю взя, а ко Святославоу прислал Юрьи повеле емоу Смоленскую волость воевати. И шед Святослав, и взя люди Голядь верх Поротве, и тако ополонишася дроужина Святославля. И прислав Гюрги рече: „Приди ко мне, брате, в Москов“. Святослав же ехе к немоу с детятем своим Олгом в мале дроужине, и поима с собою Володимира Святославовича. Олег же еха наперед к Гюргеви и да ему пардоус. И приеха по нем отец его Святослав. И тако любезно целовастаса в день пяток на Похвалоу Святеи Богородицы, и тако быша весели. На оутрии же день повеле Гюрги оустроити обед силен и сотвори честь великому им, и да Святославоу дары многие с любовию и сынови его Олгови, и Володимироу Святославичю, и муже Святославль, оучреди и отпусти...»
Кроме исторической фразы «Приди ко мне, брате, в Москов», которая, собственно, и представляет собой первое упоминание о Москве, в этом отрывке заслуживают внимания и другие обстоятельства.
В современном переложении текст летописи можно представить следующим образом:
«Пошел Юрий [князь Юрий Владимирович Долгорукий] воевать в Новгородскую область, взял Новый Торг [ныне это город Торжок Тверской области], захватил все селения по реке Мсте. Святославу [Святославу Ольговичу, новгород-северскому князю] Юрий повелел воевать в Смоленской области. Святослав захватил Голядь [неясно, то ли так назывался населенный пункт либо одно из племен] в верховьях Поротвы и взял много пленных. Юрий прислал ему передать: „Приходи, брат, ко мне в Москву“. Святослав поехал к нему со своим сыном и с небольшой дружиной и взял с собой Владимира Святославича [князя муромско-рязанского]. Олег поехал вперед к Юрию и подарил ему пардуса [гепарда, барса или рысь; некоторые историки считают, что речь идет о живом звере, другие предполагают, что в качестве подарка была выделанная шкура животного]. За ним приехал и его отец Святослав. [Князья] любезно расцеловались в пятницу на день Похвалы Святой Богородицы и были веселы. На утро следующего дня Юрий устроил обильный обед, чествовал их и с любовью сделал подарки сыну Олегу, Владимиру Святославичу, дружинникам Святослава, после чего отпустил их...»
Обратим внимание, что именно Олег, а не его отец подарил Юрию «пардуса». Мог ли 10-летний мальчик делать от себя такой подарок могущественному князю? Да еще когда через день-другой должен был прибыть его отец, союзник Юрия Долгорукого? Такой подарок, особенно если речь идет не о шкуре, а о самом гепарде или барсе, предполагает известную самостоятельность Олега в действиях, которая возможна лишь в более зрелом возрасте. А это значит, что не исключается вероятность того, что в Новгород в 1136 году Святослав Ольгович приехал на княжение, уже имея сына Олега. Что же тогда послужило основанием его повторной женитьбы? И что случилось с первой женой, половецкой княжной? Можно строить различные предположения, которые со временем могут быть подтверждены или опровергнуты. Во всяком случае семейные обстоятельства жизни Святослава Ольговича послужили одной из причин его конфликта с новгородцами, из-за чего 17 апреля 1138 года он был вынужден покинуть Новгород.
Впрочем, не только забота новгородского архиепископа о нравственности князя привела к таким радикальным мерам. Выдворения Святослава Ольговича из Новгорода добивались потомки Владимира Мономаха, враждовавшие с потомками Олега Святославича («Гориславича»). Ими был блокирован подвоз хлеба в Новгород с юга. В результате, как пишет Н.М. Карамзин, «лишенные подвозов, они терпели недостаток в хлебе (которого осьмина стоила тогда в Новегороде 7 резаней), и неудовольствие народное обратилось на Князя невинного... Святослав не мог успокоить народа и был изгнан с бесчестием». Более того, в качестве заложников новгородцы оставили некоторых из бояр князя, а его супругу заточили в монастырь Святой Варвары. На этом злоключения Святослава Ольговича не кончились. По пути в свои родовые земли он был арестован в Смоленской земле, где тогда княжил внук Мономаха, Ростислав Мстиславич, и помещен в Смядынский монастырь. В свое время именно у Смядыни произошло убийство Глеба, сына киевского князя Владимира.
Как долго пришлось Святославу быть в заключении? неизвестно, но не далее 1139 года. В этом году 18 февраля скончался великий киевский князь Ярополк Владимирович, сын Мономаха, а его сменил на киевском престоле ловкий и изворотливый Всеволод Ольгович, родной брат Святослава.
Отличительной чертой Святослава, как показали дальнейшие события, была верность своим союзническим обязательствам и в первую очередь родственным отношениям. Он безоговорочно поддерживал на троне сначала Всеволода, а потом и Игоря.
По поручению Всеволода Святослав предпринял попытку вооруженным путем принудить перейти из Переяславля в Курск Андрея Владимировича, сына Мономаха. У него были причины выполнить это задание особенно старательно, поскольку Всеволод пообещал передать старинное и относительно богатое Переяславское княжество ему самому. Андрей наотрез отказался покинуть город, где раньше правили его отец и дед. Военное столкновение закончилось не в пользу Святослава, Всеволод же не стал проявлять настойчивость и примирился с Андреем. Не исключено, что для хитрого Всеволода Ольговича более важным было не только изгнание Андрея из Переяславля. Ему важно было дать понять, что тот может находиться в своем родовом княжестве лишь столько, сколько будет угодно Всеволоду.
Святослав же удовлетворился полученным от Всеволода Новгород-Северским княжеством.
Тем временем опять освободился княжеский терем в Великом Новгороде. В отличие от других русских земель, в Новгороде князь не был высшим правителем. Его положение было близко к современному понятию министра обороны или верховного главнокомандующего в случае ведения военных действий. Вопросы административного управления, гражданского и уголовного судопроизводства не входили в компетенцию князя. Они решались выборными должностными лицами Новгородской республики. Тем не менее княжение в Новгороде было привлекательным для князей, поскольку давало возможность использовать богатейшие финансовые и людские ресурсы всех его владений, которые простирались от побережья Балтики до побережья Белого моря. Основными статьями дохода новгородцев были торговля, добыча пушнины, ремесленное производство.
В 1138 году Святослава Ольговича в Новгороде сменил Ростислав Юрьевич, внук Мономаха. Его отец, Юрий Долгорукий, потребовал от новгородцев военной помощи в борьбе против занявшего киевский престол Всеволода. Те ему отказали и в 1139 году пригласили к себе вторично на княжение Святослава Ольговича. Тот приехал, но со строптивыми и непоследовательными жителями Новгорода ужиться было нелегко. Очень скоро, будучи не уверен в собственной безопасности, Святослав выехал опять из Новгорода. Случилось это, как отмечается в «Славянской энциклопедии», в 1141 году. Как писал С.М. Соловьев, он послал сказать своему брату, великому князю киевскому: «Тяжко мне, брат, с этими людьми, не могу с ними жить; кого хочешь, того и пошли сюда».
Дальнейшие годы жизни Святослава Ольговича вплоть до 1146 года не отмечены какими-то радикальными событиями. Вместе с другим своим братом, Игорем, он предъявлял претензии Всеволоду, поскольку они считали себя обделенными. Дело дошло даже до небольших вооруженных стычек, но потом Всеволод пошел на компромисс и братья помирились. Рассматривая их взаимоотношения, поневоле приходишь к выводу, что Ольговичи вообще были не склонны враждовать друг с другом. Наоборот, их характерной чертой является взаимопомощь в трудных ситуациях, и особенно этим отличается как раз Святослав. Несмотря на чувство обиды, Святослав и Игорь выступили вместе со старшим братом в поход на Володаря Ростиславича, который вошел в конфликт с сыном Всеволода, Святославом, правившим во Владимире-Волынском.
Относительно спокойная жизнь Ольговичей кончилась вместе со смертью Всеволода в 1146 году. Оба брата пережили торжество по случаю восшествия на престол Игоря, которому преданно помогал Святослав, а через короткое время их постиг сокрушительный разгром от Изяслава Мстиславича, призванного киевлянами на великое княжение. Особенно трагичной была судьба Игоря, который был арестован, посажен в земляную темницу, потом пострижен в монахи, а спустя немногим более чем год после своего изгнания из Киева был убит разъяренными горожанами. Святослав спасся, но в короткое время утратил все свои владения: новгород-северские земли, Курск, Карачев, Колтеск.
Особенно обидным для Святослава было то, что на стороне его врага, Изяслава Мстиславича, выступили его собственные двоюродные братья, Изяслав и Владимир Давыдовичи. Именно они гонялись за Святославом по северским землям. Н.М. Карамзин пишет: «Они не устыдились всенародно объявить в стране Вятичей, чтобы жители старались умертвить Святослава и что убийцы будут награждены его имением!»
В это время ему было уже не менее 55 лет. Возраст более подходящий, чтобы подводить итоги, а не начинать новую жизнь. Святослав Ольгович к 1147 году потерял обоих своих братьев. Всеволод умер от болезни в 1146 году, а Игоря растерзала озверевшая толпа киевлян, вытащив его из храма прямо во время богослужения. Святослав лишился почти всех своих территориальных владений, а значит и источников содержания самого себя и своей семьи. Даже сильный человек наверняка испытал бы психологический надлом.
Святослав, как оказалось, был очень сильным человеком. В ответ на предложение отказаться от брата Игоря в обмен на возвращение ему территорий он, как писал С.М. Соловьев, сказал: «Не хочу ни волости, ничего другого, только отпустите мне брата». Ему удалось договориться с половцами, родственниками своей первой жены. Не отличавшийся хитростью и изворотливостью, он все же смог установить контакт с самым сильным противником Изяслава Мстиславича и убедить его в своей неизменной поддержке. Речь идет о Юрии Владимировиче Долгоруком, который считал, что по праву старшинства в роде Мономашичей киевский престол должен был принадлежать ему.
Правда, самым старшим был Вячеслав Владимирович, но его кандидатура всерьез никем не воспринималась. Еще в 1139 году его практически без всяких усилий согнал с престола не имевший никаких прав на него Всеволод Ольгович. Более того, Вячеслав, по сути дела, добровольно передал ему власть, заявив: «...Будь Государем Киевским...» Как дальше пишет Н.М. Карамзин, Вячеслав добровольно уехал из столицы в Туров и не претендовал более на великое княжение. Изяслав Мстиславич возил с собой время от времени 64-летнего Вячеслава, делая вид, что на самом деле он изгнал Игоря из Киева ради того, чтобы восстановить законные права сына Владимира Мономаха. Возможно, такое почтение к старцу, как его называл Н.М. Карамзин, и могло кого-то ввести в заблуждение, но, пожалуй, только самого старца. Не для того Изяслав рисковал своей жизнью в сражении с Ольговичами под Киевом, чтобы отдать власть в слабые руки Вячеслава.
Итак, поскольку Вячеслав в свое время сам отказался от престола, то автоматически права на великое княжение переходили именно к Юрию Владимировичу Долгорукому. Чтобы занять тому Киев, надо было преодолеть небольшое препятствие: изгнать оттуда Изяслава Мстиславича. Честолюбивый Юрий был готов на все, чтобы уничтожить своего племянника, в том числе и на союз со своим бывшим врагом Святославом Ольговичем.
Жизнь показала, что общая ненависть может стать прочной основой для взаимной дружбы. Юрий ненавидел Изяслава за то, что тот стал на его пути в Киев. Святослав ненавидел Изяслава за то, что тот стал виновником смерти его родного брата, а его самого принудил спасать свою жизнь бегством. До самой смерти одного из них Юрий и Святослав старались сохранять верность друг другу в сложнейших военно-политических условиях. Вскоре после заключения между ними союза и произошла та самая знаменательная для потомков их встреча в Москве.
Заручившись помощью родственников своей первой жены и опираясь на поддержку Юрия, Святослав смог в боях вернуть себе большую часть своих владений. Жизнь Святослава? наглядный, но, к сожалению, редкий пример того, что верность своим обязательствам может быть вознаграждена. Он был верен своему брату Игорю, а затем своему союзнику Юрию. Другой урок, который можно усвоить, изучая его жизнь, состоит в том, что в любом возрасте и в любом положении надо не сдаваться, а искать средства для достижения своей цели.
Уже через два года после самой большой трагедии в своей жизни, 23 августа 1149 года, Святослав испытал чувство триумфа. В сражении под Переяславлем войско Изяслава Мстиславича было разбито, через три дня Юрий Долгорукий вошел в Киев, Святослав вернул себе все свои владения.
Военное счастье переменчиво. Еще через два года оно оказалось на стороне Изяслава, и тот стал править в Киеве до самой своей смерти в 1154 году. Он даже вынудил Святослава выступить на его стороне против Юрия в кампании 1152 года.
Святослав Ольгович прожил большую жизнь. Лучше всего его жизненное кредо отражают сказанные им слова, сохраненные для нас Н.М. Карамзиным: «...Сердце мое ненавидит злобу между родными. Если враги несправедливые угрожают тебе войною, то они будут и моими врагами. Сохрани меня Бог от мздоимства в таком случае: не хочу никаких городов и вооружаюсь». Он умер в 1164 году, когда ему было уже за 70 лет. На склоне лет он отказался от вражды и с некогда преследовавшим его двоюродным братом Изяславом Давыдовичем и с родным братом Изяслава Мстиславича, бывшим смоленским князем Ростиславом. В своей жизни он участвовал во многих сражениях, с оружием в руках отстаивая свои права так, как он их понимал.
Брат Всеволода и Игоря. Княжил в Новгороде с 1136 по 1141 г. (с перерывами), затем завладел небольшими городками в Новгород-Северской земле. В 1146 г. ему принадлежали Курск, Новгород-Северский и Карачев. Впоследствии Святослав расширил свои владения до Мозыря. С середины 50-х годов княжил в Чернигове, где и умер.
Святослав был женат сначала на дочери половецкого хана Аепы, а с 1136 г. - на новгородке, причем этот брак вызвал неудовольствие архиепископа, считавшего, что князю "не достоит ее поняти (взять в жены)", и Святослав был вынужден венчаться "своими попы". Если он не женился в третий раз, то от жены-новгородки имел сыновей, в числе которых были Игорь и Всеволод - герои "Слова о полку Игореве".
Отличное определение
Неполное определение ↓
Святослав Ольгович
Из рода Черниговских кн. Родоначальник Новгород-Северских князей. Сын Олега Святославича и полоцкой кн. Кн. Новгородский в 1136 - 1138, 1139 - 1141 гг. Кн. Курский в 1138 - 1139 гг. Кн. Белгородский в 1141 г. Кн. Новгород-Северский в 1141 - 1157 гг. Кн. Черниговский в 1154 - 1155, 1157 - 1164 гг. Ж.: 1) с 1107 г. дочь хана половецкого Аепы Гиргеневича, кн. Екатерина; 2) с 1136 г. дочь новгородского посадника Петрилы, Мария (+ 1166 г.). +15 февр. 1164 г.
В 1136 году новгородцы выгнали от себя Всеволода Мстиславича и позвали Святослава. У низложенного князя в городе оставались сторонники, преданные Мономахову племени, отчего Новгород, по словам летописца, разрывался надвое. В том же году милостивцы (приятели) Всеволода стреляли в Святослава, но тот остался жив. Тогда несколько добрых мужей во главе с посадником Константином бежали к Всеволоду в Вышгород и уговорили его идти к Пскову. Псковичи приняли Всеволода. Но когда в Новгороде узнали, что Всеволод в Пскове и хочет сесть у них, то начался сильный мятеж; большинство не захотело Мстиславича. Святослав собрал всю землю новгородскую, призвал на помощь брата Глеба с курянами и половцами и пошел выгонять Всеволода из Пскова. Псковичи, однако, завалили дороги в лесах, понаделали засеки, так что Святослав и новгородцы возвратились с полдороги, говоря: "Не хотим проливать крови братьев своих, пусть Бог все уладит по своим промыслам".
Вскоре у новгородцев начались большие неприятности: Мономаховичи и союзники их сердились на новгородцев за то, что они держали у себя Ольговича, и потому прекратили с ними торговлю, не было мира ни с Суздалем, ни со Смоленском, ни с Клевом, ни с Полоцком; из-за прекращения подвоза продовольствия началась дороговизна. Новгородцы выгнали Святослава из города, а на его место призвали Ростислава Юрьевича из Суздаля. Святослав к этому времени рассорился с новгородским епископом Нифонтом, который по какой-то причине запрещал князю жениться. Князя венчал его собственный поп. Летописец более ничего не сообщает об этом случае а Татищев говорит, что Cвятocлaвова жена была дочерью Петрилы-посадника, которого убили Княжеские люди. Стараясь обезоружить Нифонта своей щедростью, Святослав возобновил древний устав Владимиров о церковной дани определив епископу брать, вместо десятины от вир и продаж, 100 гривен из княжеской казны, кроме уездных сборов и пошлин.
Святослав уехал в Киев, оставив в Новгороде свою жену. Горожане заключили ее в монастыре, св. Варвары. Самого же Святослава схватили по пути смоляне и Держали в заключении в Смядынском монастыре, ожидая, чем кончится распря Ярополка Владимировича Киевского с братом Святослава Всеволодом Ольговичем. В том же 1138 году князья помирились и Святослав наконец приехал в Киев.
В 1139 году Всеволод Ольгович сел в Киеве, Святославу дал Курск а на словах обещал Переяславль где княжил Андрей Владимирович. Тем же летом Святослав ходил на Переяславль, встретился по дороге с дружиною Андреевой и был разбит. Победители гнались за ним до самой границы Переяславской волости, далее Андрей не ведел преследовать своего врага. Тем временем новгородцы рассорились с Ростиславом Юрьевичем, тот уехал в Смоленск, а Новгород остался без князя. Рассерженный Юрий Долгорукий угрожал новгородцам войной и уже взял Торжок. В этих условиях новгородцы обратились к Всеволоду Олеговичу и согласились принять от него вновь Святослава. Тот сел у них не прежде, чем они принесли присягу верности. Несмотря на эту клятву, старые обиды не забывались ни той, ни другой стороной. Еще прежде приезда Святослава в Новгород летописец упоминает о мятеже, произведенном, без сомнения, врагами Святослава, приверженцами Мономаховичей. Святослав не забыл также врагов своих, бывших причиною своего изгнания, вследствие чего новгородцы начали вставать на него на вечах за его злобу, по выражению летописца, начали бить Святославовых приятелей за его насилия; кум его, тысяцкий, дал ему знать, что собираются схватить и его; тогда Святослав бежал ночью с посадником Якуном, но Якуна по дороге схватили, привезли в Новгород и чуть не убили до смерти: раздели донага и сбросили с моста.
Святослав бежал в Стародуб. Оттуда Всеволод вызвал его в Киев, но братья не уладились о волостях. Святослав пошел, как и прежде, в Курск, которым владел вместе с Новгородом Северским. После Всеволод дал ему Белгород. Во все время короткого киевского княжения Игоря Ольговича Святослав был в Киеве и помогал брату договариваться с горожанами. Но киевляне, несмотря на всю их ласку, послали за Изяславом Мстиславичем. Тот подступил к Киеву, разбил Игореву дружину и сел на великокняжеский стол. Святослав бежал на устье Десны за Днепр. С малою дружиной он приехал в Чернигов и послал спросить у двоюродных братьев, Давыдовичей, хотят ли они сдержать клятву верности Игорю, которую дали пять дней назад. Давыдовичи отвечали, что хотят. Тогда Святослав, оставив у них мужа своего Коснятка, поехал в свою волость, сперва в Курск, а потом в Новгород Северский. Но как скоро Святослав уехал, Давыдовичи решили отступить от него. Узнав, что они замышляют схватить Святослава, Коснятка послал сказать ему: "Князь! Хотят схватить тебя; когда они за тобой пошлют, то не езди к ним". В самом деле, Давыдовичи вскоре соединились с Изяславом Мстиславичем, а Святославу послали сказать: "Ступай прочь из Новгорода Северского в Путивль, а от брата Игоря отступись". Святослав отвечал: "Не хочу ни волости, ничего другого, только отпустите мне брата", но Давыдовичи все настаивали: "Целуй крест, что не будешь ни просить, ни искать брата, а волость держи". Святослав затворился в Новгороде Северском и бился с черниговскими полками, которые привели Владимир и Изяслав Давыдовичи. Черниговские князья город взять не смогли, но страшно разграбили округу. Тем временем прибыл из Суздаля на помощь Святославу Иван Юрьевич, сын Долгорукого. Святослав посадил его княжить в Курске. Владимир и Изяслав Давыдовичи между тем соединились с Изяславом Мстиславичем, взяли Путивль и вновь подступили к Новгороду Северскому. Узнав о движении против него трех князей, Святослав позвал на совет союзников своих Ивана Юрьевича и Ивана Ростиславича, дружину, половцев и спрашивал, что делать. Те отвечали ему: "Князь! Ступай отсюда, не мешкая; здесь тебе не к чему оставаться: нет ни хлеба, ничего; ступай в лесную землю". Святослав послушался и побежал из Новгорода в Карачев с женою и детьми и с женою брата своего Игоря; из дружины одни пошли за ним, другие оставили его. Изяслав Давыдович погнался было за ним, но Святослав развернулся, вышел навстречу Давидовичу и разбил его. Не задерживаясь далее в Карачеве, Святослав ушел за лес в землю вятичей. Тут дела у него поправились, потому что Юрий Долгорукий прислал ему на помощь белозерскую дружину.
Весною 1147 года Святослав пошел на Смоленскую волость, взял голядь в верховьях Протвы и обогатил дружину свою полоном, после чего получил зов от Юрия приехать к нему в Москву. Святослав приехал в Москву с сыном Олегом, князем Владимиром Рязанским и с небольшою дружиной. Юрий обещал Святославу прислать сына на помощь. Получивши также наемное войско от половцев, Святослав начал с успехом наступательные действия: послал половцев воевать Смоленскую волость, а сам занял вятические города. Между тем из степей пришли к нему новые отряды половцев, а с севера подступил Глеб, сын Долгорукого.
Изяслав Давыдович ушел из Новгорода Северского. Давыдовичи начали пересылаться со Святославом, помирились с ним и договорились заманить к себе Изяслава Мстиславича. Коварство их вскоре открылось, и киевляне в гневе на" переметчиков убили в Киеве Игоря Ольговича. Святослав соединился с черниговскими князьями, повоевал с ними земли по Вырю и уехал в Чернигов.
В 1149 году Юрий сам выступил против Изяслава Мстиславича. Святослав соединился с Юрием и бился против Изяслава под Переяславлем. Сев в Киеве, Юрий поспешил наградить своего союзника и отдал Святославу Курск с Посемьем. Во всех дальнейших войнах Святослав также держал сторону Юрия и был его неизменным союзником. После смерти Юрия Изяслав Давыдович сел в Киеве, а Святославу отдал Чернигов. Двоюродные братья заключили между собой союз. Но когда в 1159 году Изяслав Давыдович стал звать Святослава идти на Га-лич, тот и сам отказывался и киевского князя отговаривал. Изяслав пошел один, пригрозив, что по возвращении заставит Святослава "ползти из Чернигова". Святослав сильно разобиделся на эти слова. Между тем поход Изяслава Третьего кончился разгромом и бегством. В Киеве сел Ростислав Мстиславич. В 1160 году Святослав ездил к нему на съезд. Ростислав одарил Святослава соболями, горностаями, черными куницами, песцами, белыми волками, а Святослав подарил великому князю барса и двух борзых коней в кованых седлах. Ростислав отправил на помощь Святославу своего сына Рюрика. Вместе с ним они стояли на Десне и не пустили через нее Изяслава Давыдовича с половцами. В дальнейших усобицах престарелый Святослав уже Не участвовал.
Отличное определение
Неполное определение ↓
Происходя из племени Святослава Ярославича, был внуком этого Черниговского князя. Вся жизнь С. прошла в непрерывной борьбе, в непрерывных междоусобиях.
Внук Святослава Черниговского, потомство которого лишено было в. князем Изяславом Черниговского удела, был непримиримым врагом Мономаховичей (сыновей Мстислава Владимировича).
Целых 30 лет почти провел он в непрерывной борьбе с ними. Он горой стоял за своих сородичей, жертвуя всем, лишь бы нанести вред киевским Монаховичам.
Эта упорная и долгая борьба Ольговичей и Монаховичей принесла много горя русской земле. В основе этой долгой борьбы лежали личные княжеские счеты, подкрепляемые традициями родового старшинства; на самом деле значение старшинства в эту эпоху пало, все зависело от силы. Неоднократный успех Ольговичей в борьбе их с Мономаховичами немало также зависел от раскола, происшедшего в потомстве Мономаха: вражда разъединила Мстиславичей с Юрием Суздальским; на этой вражде часто основывали свои вожделения Ольговичи.
Все русские земли оказались заинтересованными в этой борьбе и стали на сторону одной из враждующих сторон.
Вот краткий перечень событий, в которых принимал участие С., один из главных действующих лиц этой междоусобной брани. В мае 1136 г. в В. Новгороде произошло сильное волнение.
Всеволод Мстиславич, князь новгородский, был изгнан, а на его место приглашен был князь из лагеря, враждебного Мстиславичам; в июне месяце того же года С. пришел в Новгород, где и наступила великая смута. Сторонники обеих партий пришли в явное столкновение, и дело кончилось тем, что Псков и Новгород вступили в борьбу друг с другом: Псков стоял за Мономаховичей, Новгород за Ольговичей.
Так дело стояло до того времени, пока не обнаружилось, что на юге верх взяли Мономаховичи.
Насколько связаны были торговые интересы В. Новгорода с югом Руси, показывает то обстоятельство, что тотчас по получении этих известий с юга В. Новгород указал путь от себя С. При возвращении домой, на дороге к Смоленску, С. был задержан, что еще усилило вражду Ольговичей и Мономаховичей на юге. Впрочем, на время борьба прекратилась между врагами (1136-1139 г.), благодаря тому, что полный перевес оказался на стороне в. к. Киевского Ярополка Владимировича, который к тому же, по словам летописи, был добр, милостив нравом и богобоязлив.
В 1139 г. Ярополк умер. Прямым наследником Ярополка был брат его Вячеслав, но старший Ольгович, Всеволод, с помощью брата своего С., силой занимает Киев. По поводу занятия Всеволодом Киева на юге Руси вспыхнуло снова сильное междоусобие между Мономаховичами и Ольговичами, в котором С. принимал очень близкое участие; он ходил войной против Андрея Владимировича Переяславского и был разбит этим последним.
В связи с переменой в. княжения в Киеве стояла и усобица, происшедшая в Великом Новгороде в 1139 г. Ростислав Юрьевич, сменивший в Великом Новгороде С., бежал оттуда, и на место его снова был приглашен С., который, впрочем, снова не ужился с новгородцами и бежал в Стародуб.
Всеволод звал его к себе в Киев, но братья не поладили, и С. ушел в свою вотчину, Курск и Новгород-Северский.
Вскоре распря между братьями стала еще сильнее.
Сердились они на старшего брата за то, что он давал волости своим сыновьям, а братьев обделял.
С. и Игорь стали воевать русские города, но несколько раз были разбиты и, наконец смирились, удовольствовавшись тем, что дал им в. князь; С. получил в удел города Клецк и Чарторыйск.
С этого времени, хотя и обиженный своим братом в наделе, он твердо и постоянно стоит за честь своего рода и постоянно является помощником своих братьев; так в 1144 г. он вместе с Всеволодом идет против Галицкого князя Владимирка.
В 1146 г. умер Всеволод Ольгович и в. князем Киевским стал брат его Игорь. Много стараний приложил С. к тому, чтобы утвердить брата на Киевском столе; он неоднократно беседовал с киевлянами, утешал их, заставлял их целовать крест, но все было напрасно.
Киевляне не любили Ольговичей и звали к себе Изяслава Мстиславича.
Напрасно пытались Ольговичи вооруженной силой удержать за собой киевский стол. Изяслав Мстиславич пришел к Киеву и киевляне Ольговичам изменили, Игорь был взят в плен, а С. едва удалось бежать.
С этого времени он становится непримиримым врагом Изяслава до самой смерти этого последнего.
Вражда еще более усилилась, когда С. узнал, что брат его Игорь был извлечен киевлянами из монастыря и растерзан.
С. то мирится с Киевским князем, говоря "мир стоит до рати и рать до мира", то снова, при первом удобном случае, восстает против врага и нарушает свои клятвы; он ищет союзников везде и соединяется со всеми врагами Изяслава и не останавливается ни перед каким средством, лишь бы повредить своему врагу. Только, приближаясь к смерти, он начинает несколько смиряться; в лучших отношениях стоит он к преемнику Изяслава, Ростиславу Мстиславичу.
В 1159-1161 гг. он занимает, наконец, Черниговский стол и, хотя в его руки Черниговский удел попадает значительно урезанным, но старый воин крепко держится за него; в голосе его при раздорах с князьями слышатся уже новые ноты. "Господи, говорит он, рассорившись с Изяславом Давидовичем, Ты видишь мое смирение; я на свои выгоды не смотрел, хотел только одного, чтоб кровь христианская не лилась и отчина моя не гибла..," В этих словах слышится уже усталый голос человека, всю свою жизнь посвятившего бесплодным раздорам.
Но нрав брал свое. С. почти перед самой смертью крупно поссорился с Ростиславом Мстиславичем, а в 1164 г. кончил свою бурную жизнь. Полн. Собр. Русск. Лет., т. I, II, III. - Татищев, "История Российская с самых древнейших времен", т. II. - Соловьев, "История России" (Изд. "Обществ.
Пользы", СПб.), т. II, гл. IV и V. - Карамзин, "История Государства Российского", т. II, гл. XI-XVI. - М. П. Погодин, "Исследования, лекции и замечания" т. V. - Иловайский, "История России", ч. I, гл. VIII. - Бестужев-Рюмин, "Русская история", т. І. - Н. Костомаров, "Северно-русские народноправства", т. I, СПб., 1863 г., стр. 63 и сл. А. Николаев. {Половцов}
